Капитан Пудовкин - Морские вести России

Капитан Пудовкин

14.01.2022

Из истории флота

Капитан Пудовкин

В последнее время в прессе, на телевидении, да и в других средствах массовой информации все чаще встречаемся с воспоминаниями о надолго и незаслуженно забытых героях мирного времени, Великой Отечественной войны, восстановительного периода страны.

Г.А. Воронин, капитан дальнего плавания, почетный работник морского флота, член Русского географического общества – Общества изучения Амурского края

И это очень хорошо! Конечно, мы знаем о Стаханове, Маресьеве, Маринеско, Гагарине и других наиболее значимых героях, но ведь были герои, о которых в свое время тоже писали не только местные, но и центральные газеты и журналы, сообщали по радио, а затем как-то подзабыли, будто их и не было!

А между тем ими тоже надо гордиться, и эти герои могут служить примером для подрастающего юношества. Вот почему хочется напомнить о моряках-дальневосточниках, которые в 1936 г. совершили уникальный и единственный в истории мореплавания безаварийный переход из Мурманска во Владивосток Северным морским путем. Причем сделали это за одну навигацию на двух деревянных зверобойных мотоботах «Капитан Поспелов» и «Капитан Воронин», суденышках длиною 31 м и двигателем всего 200 л.с.! А ведь в то время подобные переходы совершали только крупные суда с металлическими корпусами, и то за две навигации с зимовкой. Не забудем, годом раньше был раздавлен льдами и затонул пароход «Челюскин». Так что это был настоящий героический переход, и 23 октября 2021 г. исполнилось 85 лет, как произошло это неординарное плавание!

Железные люди

Полярный капитан, Герой Социалистического Труда, доктор транспорта В.И. Абоносимов по этому поводу писал: «Рейсовый отчет капитана Пудовкина А.Г. о плавании деревянного моторного зверобойного бота «Капитан Воронин» грузоподъемностью 135 т, без радара, эхолота, лага вызвал у меня (полярного капитана, много раз прошедшего трассу Северного морского пути от Владивостока до Мурманска и обратно) значительный интерес и глубокое уважение к этому капитану. Надо обладать мужеством, отвагой, умением отличать главное от второстепенного, огромным чувством ответственности, иметь смелость сказать «нет»! Грамотный выбор пути следования, не имея ледовой разведки и рекомендаций. Часто не имея прогноза погоды и руководствуясь здравым смыслом, преодолевая туманы, снегопады и шторма, благополучно завершить тяжелый переход. Находить время на заполнение страниц дневника, мыться в железной бочке, любоваться природой и преодолевать невзгоды с чувством юмора. Действительно, на деревянной коробке шли железные люди».

Другой, хорошо известный в мире советский ученый-океанолог, член-корреспондент АН СССР В.Ю. Визе в одной из своих книг «Северный морской путь» на странице 60 пишет: «Кроме того, с запада на восток весь Северный морской путь прошли ледорез «Литке» (Ю.К. Хлебников) и небольшие моторно-парусные боты «Капитан Поспелов» (Г.П. Фонарев) и «Капитан Воронин» (А.Г. Пудовкин). Суда последнего типа прошли по всей трассе в одну навигацию впервые в истории. Надо отметить при этом, что, несмотря на сложную ледовую обстановку, «Капитан Воронин» и «Капитан Поспелов» прошли почти весь путь самостоятельно, без помощи ледоколов. Эти небольшие боты вписали славную страницу в историю советского мореплавания».

Ну а теперь пришло время рассказать о самих героях этого необыкновенного перехода и начну, конечно, с главного – капитана дальнего плавания Александра Герасимовича Пудовкина.

В далеких 1890-х годах семья Пудовкиных приехала на Дальний Восток из села Сурский Майдан Симбирской губернии. Вначале жили в Николаевске-на-Амуре, где глава семьи Герасим Ефимович работал на прииске проходчиком, в семье было семеро детей, маленький Саша родился в 1900 г. Когда исполнилось 16 лет, поступил учиться во Владивостокское училище дальнего плавания. Через год впервые вышел в море на пароходе «Колыма» в должности «своекоштного матроса», т.е. за питание должен был платить сам.

А еще в том же году встретил «свою единственную» 19-летнюю Марию, которая училась во Владивостокской «коричневой гимназии» (девочки носили коричневую униформу) на ул. Пушкинская, № 39 и кто всю будущую жизнь моряка будет рядом с ним. Еще через два года Александр окончил училище и получил диплом штурмана дальнего плавания.

Так начиналась морская карьера будущего героя: 1923-1924 годы – штурманский ученик на п/х «Индигирка», 1925-1926 годы – 3-й помощник капитана на п/х «Томск», «Роза Люксембург», 1928 год – 2-й помощник капитана на п/х «Ставрополь», 1930 год – старший помощник капитана на п/х «Бурят» и, наконец, 1932-й – год первого «капитанства» на рыболовном траулере «Палтус». Сюда в 1933 году он впервые привел пятилетнего сына Юру. Далее траулер «Баклан», рефрижератор № 13 и другие суда. Эти траулеры производили промысловый лов рыбы и снабжали ею Владивосток.

Трудолюбивый и ответственный молодой капитан пользовался авторитетом и уважением среди моряков и начальства, поэтому, несмотря на возраст, ему верили и доверяли командовать различными судами.

Наступили 30-е годы, молодое советское государство интенсивно развивало промышленность. Советские и привлеченные иностранные специалисты строили заводы, фабрики, железнодорожные и автомобильные пути.

В эти годы в стране были построены: Днепрогэс, Тамбовская ТЭС, Нижегородский, Волховский и Московский (АЗЛК) автомобильные заводы, Ярославский завод синтетического каучука, Пермский моторостроительный комплекс, Подольский аккумуляторный завод, новосибирский завод «Сибкомбайн», Московский нефтеперерабатывающий завод и многие, многие другие крупные и средние промышленные предприятия.

Безусловно, не был забыт и флот: в Карелии построен завод по ремонту и строительству кораблей, создан Амурский судостроительный завод, в Ленинграде построен Балтийский судостроительный завод, который помимо кораблей начинает строительство лесовозов, рефрижераторов, траулеров, буксиров и пассажирских судов.

На севере, в Мурманске развиваются судоремонтные мастерские, созданные в 1924 г. В 1926 г. здесь было построено первое деревянное судно с символическим названием «Начало». С 1937 г. это уже Мурманская судостроительная и судоремонтная верфь деревянного судостроения. Именно здесь в 1935 г. по заказу «Дальморзверпрома» построены два деревянных парусно-моторных бота «Капитан Поспелов» и «Капитан Воронин», которым предстояло совершить уникальный ледовый переход из Мурманска во Владивосток, пока никем так и не повторенный!

В 1936 г., 23 июля, по приказу наркома пищевой промышленности СССР А. Микояна два вышеупомянутых бота вышли из Мурманска. Экипажи судов провожали официальные лица и немного родственников, сумевших добраться до Мурманска. Среди них была и жена капитана А.Г. Пудовкина Мария Александровна с 8-летним сыном Юрой. Перед отважными моряками лежал среди льдов и штормов путь длиной 3800 миль! И начались суровые, полные неожиданностей будни исторического похода. Здесь приведу фрагментарное описание этого рейса из дневника капитана зверобойного бота «Капитан Воронин» А.Г. Пудовкина, который он неустанно вел практически каждый день.

Из дневника капитана

Итак, вот документальная запись: «25 июля. В 21:30 вышел из Мурманска, имея на борту 19 человек экипажа». «29 июля. С выходом в Карское море испытали значительную бортовую качку от значительной SO зыби. В 14:40 вошли впервые в полосу разреженного льда». «3 августа. Вчера по радио получили сведения о колымской экспедиции дальневосточных судов. Они во главе с л/к «Красин» пробиваются в тяжелом льду. Часть судов получила повреждения: поломаны шпангоуты, лопасти винта, имеется течь в корпусе. Такие повреждения имеют «Красин», «Смоленск», Искра» и «Ванцетти». Меня немного беспокоит неизвестно откуда поступающая в трюм из-за борта вода, каждую вахту откачиваем почти по два раза».

«8 августа. Вчера еще вечером обнаружили место течи забортной воды. Когда вскрыли обшивку, обнаружили, что вода льется тремя крупными струями через фланец отлива воды из мотора. Переделали фланец по-новому».

«12 августа. В 11:15 по вызову выехал на л/к «Ермак» на совещание капитанов судов. Познакомился с капитаном В.И. Ворониным, начальником проводки, имя которого носит наше судно. Капитан произвел на меня хорошее впечатление, человека кроткого и не зазнайку». «20 августа. В 10:25 пробивался в сплошном льду. Подошел к каравану и стал под кормой у «Сталинграда». Караван всю ночь простоял, не двигаясь дальше. В 11:55 последовал за караваном, держась под кормой у «Сталинграда», но в 12:20, вскочив на льдину, застрял и отстал от каравана. В 14:45 с помощью л/к «Ленин» сошел со льдины и последовал за ним. Выйдя в более разреженный лед, в 16 часов подошел к «Поспелову». Получено третье распоряжение с оставлением нас здесь. Причем предлагается нам воздержаться от самостоятельного следования за караваном. Сегодня летал летчик Алексеев, по его сообщению, дальше по курсу лед 9-10 баллов. Ледовая сводка тоже малоутешительная». «22 августа. При следовании за кормой какого-либо судна, а держаться приходится очень близко, наши суденышки являлись объектами развлечения для их экипажей и пассажиров, т.к. мы все-таки резко отличались от других судов и своей величиной, и своим типом».

«23 августа. Вечером получил из Москвы от замнаркомпищепрома Левина телеграмму с пожеланием экипажу привета и успехов в пути, с уверенностью благополучного завершения рейса. Эта телеграмма придала лично мне бодрости, хотя и так не унывал, напомнив о том, что мы не одиноки, что нами кто-то еще интересуется помимо родных». «25 августа. Сегодня мне исполнилось 36 лет от роду. Где мне только не приходилось встречать свой день рождения – и у берегов Камчатки и Чукотки, и в Ленинграде и Баку, а сейчас и в Карском море».

«27 августа. Из случайного разговора по радиотелефону узнал, что «Литке» сегодня собирается двигаться дальше, так называемым «северным» вариантом, т.е. к о-ву Уединения, где сейчас находится л/к «Серебряков», имеющий там лед 4-6 баллов и редко до 9 баллов. Мы же, зажатые льдом, не можем присоединиться ни к тому, ни к другому каравану, т.к. в данное время без помощи ледокола выйти отсюда не сможем». «28 августа. С сегодняшнего дня приступил к регулярному занятию английским языком, но насколько хватит терпения, покажет будущее. Сегодня провел первую беседу-лекцию с командой, сегодняшняя тема «История Северного морского пути». Команда осталась довольна и просила устраивать такие лекции чаще, что и обещал».

«30 августа. С ледокола «Ермак» от т. О.Ю. Шмидта получили телеграмму: «Оперативная. «Поспелов», «Воронин» капитанам. При образовании разводьев обязательно пробивайтесь обратно на запад, а не на восток. Лед на востоке для вас непроходим, поэтому еще раз оперативная подтверждает свое распоряжение о недопустимости двигаться на восток».

Эти телеграммы по существу есть распоряжение об отступлении и его беспокойство о том, что мы самостоятельно двинемся дальше, но в данный момент ни вперед, ни назад двинуться не можем. Возвращаться же в Мурманск просто стыдно». «31 августа. Когда утром отошли ото льдины, у которой ночевали, то спустя приблизительно минут 45 повар схватился, что у него на льду осталась кастрюля с киселем. Пришлось стопорить машину и посылать по льду людей разыскивать кисель».

«2 сентября. Договорились с Фонаревым о попеременной с ним вахте по 6 часов, дабы каждое судно за это время шло передовым, тем самым давая друг другу отдых. Идти в кильватер гораздо легче, потому что до 18 часов шел в кильватер «Поспелову», а с 18 до 24 часов – головным». «4 сентября. Ввиду невозможности продвигаться дальше в сплошном льду, в 1:25 стал на ледовый якорь под о-вами Гейберга, сделав за сутки переход в 166 миль».

«8 сентября. В 3:50 возобновил попытки пробиваться во льду к о-ву Андрея. Сначала дело пошло и до 8 часов прошли очень хорошо. Пробиваться во льду вообще приходится полным ходом, иначе судно не разбивает льда. Причем судно плохо слушает руля и идет не туда, куда послал, а куда пускает лед. От полного хода судно ударяется корпусом об лед, отчего обшивка во многих местах уже сильно побилась. Около 11:30 попал в такое место, откуда не мог двигаться ни вперед, ни назад. Работал машиной и рулем на разные манеры до 14 часов, вырваться из мешка не удалось».

«18 сентября. В 4:10 с рассветом последовал далее, идя в кильватер «Поспелову», но ледовая обстановка за ночь сильно изменилась к худшему. Появился цельный нетронутый полярный лед громадными полями без разводьев, совсем непроходимый. Поэтому в 9:30 повернули назад и пошли на SW, с трудом проходя среди громадных полей льда, и только около полуночи нашли проход на юг в сторону берега. Берег высокий, скалистый, весь покрытый свежевыпавшим снегом, что придает особую красоту берегу. На берегу часто виднеются яранги чукчей, и в одном месте с большим стадом оленей». «23 сентября. Сегодня в 4 часа вышел в Берингов пролив, тем самым закончив переход Северным морским путем. Таким образом, претворилась в жизнь мечта пройти этот путь самостоятельным капитаном, а не помощником».

«24 сентября. Вчера послал рапорт о благополучном окончании перехода Северным морским путем Наркомпищепрому т. Микояну, начальнику Главрыбы т. Андриянову, управляющему «Дальморзверпромом» т. Лужину, во Владивосток в адрес «Дальморзверпрома», в Рыбное управление Берковичу, в Хабаровск в крайисполком Крутову, крайком ВКП(б) Таныгину. Сегодня получил поздравление от управляющего тов. Лужина».

Оглядываясь на пройденный путь, когда Арктика осталась позади, и бросая взгляд на карту, невольно задаешь себе вопрос: «Да неужели мы, именно мы на своих маленьких суденышках прошли этот большой и главным образом тяжелый в ледовом отношении путь».

«Первой причиной считаю это целеустремленность коллектива судна вперед на восток. У всех было только одно желание – пройти Дежнев, а поэтому экипаж и работал по-ударному, по-стахановски. Часто команду не надо было вызывать. Она сама становилась на свои места, когда видела, что это необходимо.

Вторая причина – само судно. Построено судостроительной верфью Главрыбы в Мурманске и, надо сказать, построено крепко и хорошо, проверено в деле во время перехода во льдах. Коллектив судостроителей верфи Главрыбы в Мурманске может по праву гордиться своей работой, о чем послал соответствующую телеграмму директору». «3 октября. Вчера же вечером получил первое поздравление с проходом Северного пути от зам. начальника Главрыбы т. Серебрякова, в котором он также предлагает лучших ударников к премированию. Эта телеграмма подбавила малость бодрости, а то думал, что Москва успокоилась на достигнутом и решила отделаться молчанием».

«12 октября. Представитель Амуррыбтреста т. Прибытковский имел специальное задание Политуправления Наркомпищепрома по выявлению лучших ударников для предоставления к высокой награде. Оказывается, в Москве большой шум по поводу прохода нашими ботами Ледовитого океана, и в связи с этим предполагается награждение орденами части экипажа. Отовсюду получаю распоряжения прислать фамилии и характеристики ударников. Вся эта шумиха подняла дух у команды».

«19 октября. Вчера же получил очень приятную телеграмму от начальника Политуправления Наркомпищепрома, что я, а также еще пять человек экипажа намечены к награждению орденами. Это большая новость для меня». «23 октября. Около 14 часов сегодня прошел м-к Поворотный, виден уже Аскольд. 23 часа, заходим во Владивосток. Арктический рейс завершен».

Эти строки из дневника капитана А.Г. Пудовкина, не касаясь десятков различных ситуаций, которые оперативно решались экипажем, описывают исторический переход. Правда, закончилась эта история несколько неожиданно и безо всяких объяснений. Вместо заслуженных и уже объявленных наград экипаж был отмечен лишь дополнительными окладами.

Приморский журналист В. Коноплицкий в газете «Владивосток» от 22 октября 2006 г. в статье «Забытая экспедиция» писал: «Ровно 70 лет назад, в июле-октябре 1936 г., произошло событие, о котором в те годы с восхищением говорил весь мир. Северным морским путем с запада на восток прошли два судна. Не мощные арктические ледоколы или пароходы ледового класса, а деревянные зверобойные боты, каждый водоизмещением 135 тонн и мощностью двигателей 200 лошадиных сил. Когда «зверобои» отчалили из Мурманска, даже самые отчаянные мореходы считали это предприятие авантюрой. Еще свежи были трагедия «Челюскина, раздавленного арктическими льдами, драматическая зимовка в море Лаптевых судов 1-й Ленской экспедиции, находившейся в ледовом плену более года. А тут деревянные боты…

Сходивших во Владивостоке на берег героев встречали торжественно, молния из Москвы: «Владивосток. Морфлот. «Капитан Воронин». Капитану Пудовкину. Намечены награждению Пудовкин, члены экипажа Деревянченко, Коссиковский, Мартынов, Голуб…» Звонок из Белокаменной уточняет – ждите правительственных наград. А потом произошло нечто малообъяснимое. Вместо высокого указа поступил приказ – по Наркомпищепрому. Главный рыбак и зверобой Советского Союза Анастас Микоян не преминул в подписанном им рескрипте отметить: «…первый в истории мореплавания переход Северным морским путем малых деревянных маломерных (так в подлиннике) судов в одну навигацию в тяжелых ледовых условиях…»

Приказом экипажу объявлялась благодарность и выписывалась премия. Капитану – полуторамесячный оклад. Остальным членам экипажа – месячный…»

Эпилог

И все! Такова тогда была планка: подвиг – на общественных началах. Впрочем, чему удивляться. Достижения, изумлявшие мир, у нас было принято считать обыкновенной работой. Вскоре Пудовкина ждала новая экспедиция. Но не к северным широтам, а на Каспий. А сразу после войны по распоряжению правительства в группе специалистов он направляется в Литву для подъема народного хозяйства в прибалтийской республике. Там и трудился всю оставшуюся жизнь в должности главного капитана Клайпедской базы океанического рыболовного флота, периодически бывая на судах базы. После выхода на пенсию и до конца своих дней принимал участие в работе базы в качестве эксперта. Там же, в Клайпеде, красиво и с почестями похоронен.

Его сын Юрий Александрович последовал по стопам отца, в 1953 г. окончил Владивостокское высшее мореходное училище и также в 29 лет, как и отец, стал капитаном дальнего плавания. Более 40 лет отдал Дальневосточному морскому пароходству. Почетный работник морского флота, он награжден редким орденом «За морские заслуги», а также другими наградами.

В далеком 1936 г. во время арктического похода жена капитана Мария Александровна, ожидая мужа, вечерами на суровом холсте дефицитными в то время нитками мулине вышила карту Советского Союза и путь деревянных мотоботов. В настоящее время эта карта и ряд личных документов капитана А.Г. Пудовкина хранятся в краевом музее им. В.К. Арсеньева во Владивостоке.

Очень хотелось бы, чтобы о героях прошлого вспоминали чаще, ведь их подвиги являются прекрасным примером для подражания нашей молодежи, чтобы она видела и понимала, как ответственно надо относиться к любой работе, которая поручена тебе. Ведь в недалеком будущем молодые люди заменят нас не только на капитанских мостиках и в машинных отделениях современных судов, но и в управленческих структурах города, края, страны.

Морские вести России №15 (2021)

ПАО СКФ
РОСКОНТРАКТ
Газпромбанк
Международный военно-технический форум «Армия-2022»
6MX
Вакансии в издательстве
Журнал Транспортное дело России
>25 лет журналу Морские порты

14.07.2022

Из истории флота

24.06.2022

Из истории флота

22.06.2022

Из истории флота

03.06.2022

Из истории флота