Тридцать дней в плену (часть 2) - Морские вести России

Тридцать дней в плену (часть 2)

09.06.2018

Пиратство

Тридцать дней в плену (часть 2)

Журнал «Морской флот» неоднократно поднимал тему пиратства на своих страницах.

И вот новый материал. Автор, капитан Александр Туваев, записал рассказы побывавших в пиратском плену двух российских моряков. В №1 за этот год была опубликована первая часть воспоминаний, сегодня предлагаем вторую.

Рейсовое задание: Сомали

Виктор находился в плену 10 дней в начале 2000-х годов, но в памяти сохранились события, как будто это было вчера.

«Информацию о том, что пароход грузится гуманитарным грузом на Сомали, мы восприняли с обречением. Моряки уже слышали, что в прибрежной зоне Сомали небезопасно, появились пираты. Сразу стало как-то грустно и неуютно. Достоверной информации по ситуации, что и как там, не было. Из компании такой материал поступает редко. А сводки, приходящие из Куала-Лумпура (там находится центр по сбору информации о пиратских нападениях), экипажу доводились не всегда.

Наш экипаж состоял из греков и филиппинцев, русский я был один. По выходе в море начали готовиться к предстоящей работе в зоне повышенного риска, хотя не понимали, насколько это опасно. Те, кто на флоте длительное время, уже имели опыт встреч с грабителями. В Нигерии, Индонезии, Бразилии, Малаккском проливе. Пираты, вооруженные пистолетами, мачете, большими ножами, поднимались на борт судна и выгружали судовое имущество. В основном краску и швартовные концы. Затем они уезжали. При этом команда судна страдала редко.

Наша подготовка заключалась в том, что при проходе опасной зоны вывешивали за борт люстры как дополнительное освещение забортного пространства, вооружали пожарные шланги, чтобы поливать водой тех, кто попытается подняться на борт, обеспечивали патрулирование главной палубы и т.д. Однако мое личное убеждение, сложившееся уже после пребывания у них в «гостях», – это меры только для слишком пугливых пиратов и мелких воришек!

Первый порт выгрузки был в южной части Сомали, на рейде. Лоцман приехал на обыкновенной весельной лодчонке. И долго нам доказывал, что он лоцман. А поверить босому, беззубому полустарику было трудно. Позднее, к моему удивлению, оказалось, что он разговаривает на русском языке. Пришлось участвовать в переговорах, которые завершились успешно. Лоцман завел наш пароход в бухту, на якорную стоянку. На вопрос: «Какая обстановка в стране?»– ответил коротко, без эмоций: «Полный хаос и все воюют со всеми…»

Вскоре на борт поднялась вооруженная охрана с пулеметами, автоматами и РПГ. Серьезная «босоногая» охрана. Началась выгрузка. Судно выгружалось судовыми кранами на обычные лодки.

Океан есть океан, а зыбь – его неотъемлемая составляющая. Лодки, гаки кранов – большие и тяжелые – нешуточно раскачивались. О технике безопасности речи не было. Начались травмы у лодочников: разбитые головы, ушибленные руки. Шум, крики, какие-то разборки – полная неразбериха. Утопили несколько лодок.

Когда людям из охраны картина надоедала, они начинали стрелять поверх голов лодочников, и тишины хватало на час. Экипаж давал пострадавшим сначала бинты, а потом просто белую ветошь.

В трюмах грузчики рвали мешки с сахаром и ели, не запивая водой. Несколько раз я останавливал работу кранов из-за непонятных действий крановщиков. Оказалось, от голода у них кружится голова, приходилось давать им поесть, а потом допускать к управлению краном.

Захват. «Уроки вежливости»

Вторую часть груза повезли в северную часть Сомали. Местные власти перед отходом дали рекомендации следовать как можно дальше от берега и в порт заходить с моря, по возможности без рейдовой стоянки. Охрану сняли, выяснилось, что южная часть Сомали воюет с северной. Бизнес есть бизнес, и границ он не знает. «Гуманитарка» была не для отдельно взятой воюющей стороны, а для страны, т.е. для всех.

В северной части зашли в порт и пришвартовались к причалу без буксиров. Прибыли представители грузополучателя и вооруженная охрана. Открыли трюмы и обнаружили беглецов из числа южан… Охранники стали зверски избивать беглецов, избиение и разборки длились с полчаса. Экипаж пытался заступиться за несчастных, но пара выстрелов в воздух и направленный ствол автомата сразу охладили наш пыл и отбили желание проявлять гуманизм.

Выгрузка проходила медленно и спокойно, без особых проблем. Если не считать, что на время обеда и ужина на судно приходили портовые власти, грузополучатели и еще неизвестно кто. Один раз в составе очередной делегации была женщина. Экипаж проявлял гостеприимство, всех кормили. Да и как по-другому, кто знает, что у них на уме? Тут лучше не рисковать.

Выгрузка закончилась. Представители власти (какая-никакая, а власть), как и ранее южане, проявили заботу и дали рекомендации по плаванию. По-русски это звучало бы кратко и понятно: «А теперь, братцы, как можно скорее уносите ноги!» В самом деле, мы должны были с максимальной скоростью уходить прямым курсом подальше в море. Мчимся в море, главный двигатель работает с перегрузкой в режиме «самый полный вперед». Все понимают, охраны больше нет, и мы в небезопасности. Погода хорошая, «уносим ноги» на полной скорости в открытое море. Надежда на благополучный исход мчится впереди нас… Но не тут-то было.

Перед полуднем нас догоняет большая лодка с вооруженными людьми. Их человек 10. Видны абордажные лестницы и веревки с крюками. Нам приказывают остановиться и спустить трап. Мы пытаемся организовать сопротивление. Капитан начинает маневрировать, моряки вооружать пожарные шланги.

Как только первые пули просвистели над головами, становится ясно, что все серьезно. Сомалийцы начали стрелять, и, похоже, для начала поверх наших голов. Для пущей убедительности своих намерений они начали демонстрировать ручной противотанковый гранатомет (РПГ) и припасы к нему. Во взведенном положении направили его сначала на людей на палубе, потом на надстройку и мостик…

«Уроки вежливости» до нас дошли очень быстро. Машина была остановлена, мы спустили трап, и как говорится: «Wellcome on board», а по-русски: «Добро пожаловать, «гости» дорогие!»

На борт поднялись вооруженные хмурые люди, одетые в цивильную одежду, грязную, слегка рваную, и почти все босиком. Оружие покрыто ржавчиной. Ждем развития событий.

В плену. Наведение порядка

Пираты быстро заняли позиции на баке, корме и главной палубе с обоих бортов, все делали слаженно и организованно. Все роли у них были распределены. Свою службу они несли исправно, не спали и не бросали постов. На подмену у них было два человека.

Три человека поднялись на мостик и приказали проложить курс к берегу. Пиратскую лодку погрузили на борт и отправились назад в Сомали. Через какое-то время стали на якорь у берега.

Пираты вошли в каюту капитана забирать судовую кассу, судовые документы и документы экипажа. Капитан пытался говорить с ними, но получил несколько ударов прикладом автомата. Под угрозой расстрела его вывели из каюты, посадили в свою лодку и уплыли в сторону берега.

Экипажу приказали выйти на связь с компанией и доложить ситуацию. С пиратами не разрешалось вступать в разговор и давать им все, что они попросят.

Мы стали активно обсуждать сложившуюся ситуацию. Шок прошел. Мы продолжили работу, поддерживая «жизнь» судовых механизмов. Тревожная ночь тянулась долго, но, слава богу, закончилась без происшествий.

На следующий день ко мне подошел пират и заговорил на русском языке. Он увидел судовую роль и решил познакомиться. Оказалось, это бывший военнослужащий сомалийской армии, офицер, проходивший когда-то обучение в Советском Союзе. У него остались хорошие воспоминания о проведенных годах в военном училище. Кто знает, может, у него это были самые лучшие годы жизни… Как-то сразу спало напряжение.

Если люди склонны к общению, то уже есть шанс о чем-то договориться. А хорошее знание русского языка дает возможность избежать недопонимания в переговорах, т.к. на английском языке все пираты разговаривали очень плохо.

Ситуация начинала вырисовываться. Пираты хотят денег с компании якобы за нелегальную торговлю в Сомали, за какие-то портовые сборы, недостачу груза. Судно арестовано, и хозяин вынужден будет заплатить.

Как я уже говорил, пираты несли службу исправно, и, оказывается, они охраняли нас от других,«плохих», пиратов. «Защитники» жевали свою травку, пили много воды. Ели в основном рис. Худые, небритые, с красными глазами, они были похожи на самых настоящих пиратов из приключенческой литературы. Но с каждым днем их взгляды становились все мутнее и мутнее, мы начали их снова опасаться, стало неприятно даже проходить рядом с ними. Душем никто из них не пользовался, и от них буквально смердило. Палуба вокруг места для несения службы у каждого «охранника» была заплевана зеленью и остатками пищи.

Однажды на палубе возникла возня: один из пиратов пытался догнать и ударить матроса-филиппинца. Пытаемся погасить конфликт, еще не понимая, что же произошло. Страшно. У пирата глаза навыкате, орет и автоматом машет. Филиппинец от страха сжался и только мычит. Прибежал русскоговорящий пират, объяснил, что филиппинец пнул их мешок с травой, что-то сказал, чем спровоцировал конфликт. Теперь уже экипаж захотел избить филиппинца. Видимо, стало сказываться напряжение. Кое-как дело уладили. Разошлись злые друг на друга.

Тем же вечером пираты зашли в наши каюты, чего не делали прежде, и стали требовать презент. Презент получался скромный – мыло и стиральный порошок. Мы уже давно все ценное вынесли из кают и рассовали по шхерам судна, кто куда смог.

Освобождение и уроки плена

При первой же возможности мы обсуждаем насущную тему «Будет ли хозяин платить выкуп?». В силу нашего понимания ситуации оцениваем все за и против. Я рассказал случай из жизни российских рыбаков, брошенных компанией в Камеруне. Год без денег, на судне без электричества, голодные: портовые власти дают тарелку риса в день, чтобы не умерли с голода. А что нам могут дать в Сомали? Только песок, им самим есть нечего.

Дни проходили в томительном напряжении, ожидании и обсуждениях. На десятый день к борту подошла уже знакомая лодка, в ней находились только рулевой и капитан судна. Мы почувствовали: наше пребывание в плену закончилось. Вскоре пираты сели в лодку, перед этим мой пиратский «друг» подошел пожать руку. Он только и сказал: «Жалко Союз… пока». Я кивнул.

От капитана мы узнали, что компания перевела на счета пиратов $80 тыс..

Какие выводы я сделал после пребывания в плену у пиратов?

Команда сама начала спускать трап. По моему мнению, это было правильное решение. Не стали провоцировать дальнейшую агрессию.

Экипаж старался держаться вместе. Если пираты шли в каюту капитана, часть экипажа тоже шла туда, несмотря на запреты пиратов. Они шумели, размахивали оружием, но допускали присутствия «посторонних».

Большая ошибка, что многие члены нашего экипажа считали себя в человеческом смысле «выше» пиратов. Еще бы! Они босоногие, голодные, оборванные, «обжеванные» какой-то травой! Высокомерие некоторых членов экипажа буквально вредило налаживанию контакта с сомалийцами. Гораздо правильнее принять пиратов как людей, которые пытаются выжить и заработать денег и не провоцировать на конфликт. Надо помнить, что пираты в возбужденном состоянии, они тоже опасаются за свою жизнь и находятся в повышенной готовности к действию, на любое высказывание в свой адрес, пренебрежительное поведение отвечают хватанием за оружие. Спокойное общение позволяет сгладить многие острые моменты.

Наблюдая внимательно за ситуацией изнутри, позднее я все вспомнил и сделал для себя небольшую классификацию личной безопасности в подобной ситуации. Разделил их на вопросы и действия, вызывающие агрессию пиратов, из-за которых возникали конфликты.

Вопросы, вызывающие агрессию со стороны пиратов в первые часы:

1. Кто вы такие?

2. Кто у вас старший?

3. Куда поведете судно?

4. Можно ли пользоваться связью с берегом?

5. Как тебя зовут?

6. Зачем? Почему?

Действия, вызывающие агрессию в первые часы захвата:

1. Разговаривать членам экипажа между собой в присутствии пиратов.

2. Быстро передвигаться членам экипажа по судну.

3. Пытаться уйти с места сбора экипажа даже по служебным делам (например, механикам, когда сработала сигнализация в машинном отделении).

4. Находиться за спиной у пирата.

5. Держать в руках предметы и инструменты.

6. Держать руки в карманах или за спиной.

7. В рулевой рубке подходить к любым видам связи (даже к судовому телефону или трансляции для объявления).

Выводы

Пиратство быстро не исчезнет и будет оставаться проблемой для судоходных компаний, хотя в последнее время количество нападений заметно снизилось. Экипажу надо платить за пребывание в зоне повышенного риска, оборудовать цитадели, покупать колючую проволоку и трубы, нанимать охрану. Но все это не гарантирует от захвата судна пиратами.

Вооруженная охрана в составе трех человек не справится с большим количеством нападающих. Вероятность попасть в плен к пиратам очень высокая. Если будут жертвы с их стороны, то и последствия могут быть очень печальными. Многие моряки недопонимают всю серьезность проблемы. Главное не атака, главное – будет ли компания платить выкуп, если произойдет захват судна и экипажа.

И последнее. Сегодня ставки выросли, переговоры стали более длительными, а пираты более агрессивными. Если кто-то думает, что это ерунда, тот глубоко ошибается. Среди пиратов есть образованные военные, а они уж точно знают кое-что о тактике и ведении боя.

Морской флот №2 (2018)

75 лет Великой Победы
Баннер
Баннер
6MX
Справочник Речные порты России 2019
Журнал Транспортное дело России